|
Вот - мое первое впечатление от творчества этого коллектива.
Выставка Этносезоны в этом году – я в суматохе каких-то хлопот, ничего не вижу и не слышу – и ВДРУГ – словно время останавливается – все отходит на далекий второй план – я ощущаю, как меня буквально пронизывает музыка. Эта музыка просто полностью меня поглощает, даря сердцу улыбку. Но – я вынуждена срочно уезжать, времени на знакомство нет. А музыка прочно обосновывается в моей душе, занимая там место, словно пустовавшее до нее.
Я просто загораюсь идеей пообщаться с этими людьми – начинаю собирать информации о группе. На их сайте я узнаю, что – оказывается!!! – группа «АтмАсфера» (именно через «А» – потому что «атма» – это правдивая личность, а «сфера» – это то, что ее окружает) буквально на днях – 4 ноября 2007 года – выиграла украинский финал всемирного конкурса и скоро отправляется на финал в Лондон. Мои надежды на интервью начинают слегка угасать – предполагаю, что встречу с такими звездами может быть уже очень и очень непросто организовать. Однако я не теряю надежды и звоню менеджеру группы. Он меня очень внимательно выслушивает и заверяет, что «…кто-нибудь из группы мне обязательно перезвонит и обо всем со мной договорится». При этих словах я, должна признаться, уже окончательно теряю надежду на возможность личной встречи. НО – буквально на следующий же день мне звонит Андрей Шадий из группы «Атмасфера» - и сразу же по-деловому предлагает обсудить подробности интервью на ближайшем концерте – Вы знаете про концерт? – Да, я знаю про концерт (я уже действительно знаю – я успела прочесть на сайте новость о концерте 17 ноября в Доме Художника). – Да, я, конечно же, буду. И вот я уже на концерте – и снова солнечная волна позитива безудержно и щедро льется со сцены в зал. После концерта подхожу к ребятам: – Я – Таиса – представляюсь я – я вам звонила. – Ах, да, конечно же, очень приятно. Улыбки и радушные приветствия. Но – абсолютная невозможность пообщаться – все заняты упаковкой аппаратуры. – Вы знаете, сейчас мы все равно не сможем поговорить – лучше приезжайте к нам в гости – там и пообщаемся – улыбается мне Андрей. Я просто не верю – я – в гости – к ним – к группе «Атмасфера». К людям, которые создают музыку, которая меня просто завораживает… Наверное, это просто происходит не со мной – вот и все объяснение. Но – мы договариваемся на ближайший вторник и на том вынуждены расстаться.
Приходит ближайший вторник, и я еду в гости, все еще не до конца веря в то, что интервью состоится. И вот – я приехала, меня ждут, мне рады, меня встречают радушно и абсолютно без пафоса – встречают так, как будто мы были знакомы уже очень давно, просто долго не виделись (но ведь так ведь часто случается в наше суматошное время). И, наконец-то, – я в гостях у людей, искренне и глубоко меня восхищающих – и мы начинаем нашу беседу…
- Начать интервью с вами (в виду событий недавних дней) хотелось бы с самой горячей новости – с вашей победы во Всеукраинском финале мирового конкурса Global Battle Of The Bands. Примите еще раз мои поздравления – и расскажите о ваших эмоциях в этой связи… Волновались ли перед выступлением, насколько верили в возможность своей победы? И каких эмоций сейчас больше: радости от победы или уже нового волнения – перед финалом в Лондоне?
Андрей Шадий: Ну, можно начать с того, что в этом году мы решили принять участие в Global Battle Of The Bands просто потому, что в прошлом году мы вышли в пятерку финалистов – благодаря чему в этом году (в соответствии с правилами конкурса) попали в финал автоматически. Так мы и решили – почему бы, собственно говоря, не попробовать снова – ведь мы ничего не теряем. Поэтому мы настроились очень спокойно – мы совершенно не рассчитывали на победу – и, честное слово, совершенно не ожидали, что победим. И, возможно, именно благодаря этому мы даже и не волновались – просто очень хотелось действительно хорошо сыграть. Сыграть легко и радостно – так, чтобы те, кто нас услышит, почувствовали позитив и гармонию в себе. Это было главное наше желание. Особенно на фоне в общем-то, скажем так, «тяжелого» формата украинского финала конкурса в целом. И, как нам показалось – нам это действительно удалось. И поэтому, когда нам сообщили, что мы заняли первое место, мы, пожалуй, более всего – удивились, потом – обрадовались – и (практически сразу же) начали волноваться по поводу предстоящего выступления в Лондоне. Ведь это уже серьезный мировой уровень – а это не может не быть волнительно – вот и волнуемся. Так что на данный момент волнение – это как раз наиболее сильная эмоция от нашей победы (смеются).
- А как вы оцениваете свои шансы на выступлении в Лондоне?
Андрей Шадий: Нам сейчас, конечно же, сложно (да и нет смысла) что-то предполагать – выступление покажет. Главное, чего мы хотим и на что настраиваемся – это все то же стремление выступить действительно хорошо – суметь поделиться своими эмоциями со слушателями. Все-таки именно это самое главное для нас в каждом выступлении - да и вообще в нашей музыке.
Юля Яремчук: Да, больше всего хочется, чтобы у нас получилось, выйдя на сцену, сыграть так, чтобы создать то настроение, ту атмосферу, благодаря которой люди смогут почувствовать позитивные, светлые эмоции, увидеть радость и любовь внутри себя. Да, конечно, мы осознаем, что это именно конкурс, на котором присуждаются места, то есть будет выбираться победитель – мы, конечно же, обо всем этом помним. Но просто мы не зацикливаемся на этой мысли – для нас гораздо важнее то, что мы несем своей музыкой – хочется действительно это донести до людей, поделиться тем позитивом, который мы ощутили, создавая свои произведения.
- Формат украинского финала конкурса был довольно-таки тяжелым – преимущественное большинство групп представляли рок направление. Как вы думаете (если абстрагироваться от того, что именно вы – победители), все-таки какое направление музыки наиболее адекватно представит Украину на мировом уровне – музыка направления рок – или музыка этно – в том жанре, что играете вы?
Настя Яремчук: Мое мнение, что «украинское» (как и любое другое «аутентичное») не значит, что необходимо одеться в вышиванки и украинские национальные костюмы и играть сугубо этническую музыку. Время проходит, меняются условия жизни, меняется мировоззрение – мы сейчас не такие, какими были наши предки – поэтому естественно, что и формы нашего самовыражения меняются. Главное, чтобы это было глубоко и искренне.
Андрей Шадий: Ведь это, на самом деле – вопрос вкуса – кому какой стиль больше нравится: как для выражения своих эмоций, так и для восприятия произведений.
- Вы все такие разные, такие индивидуальные. В то же время, вы составляете удивительно гармоничное единое целое – не только музыкальное, но и энергетическое. Скажите, как достигается такая слаженность, такое взаимопонимание? И как проходит творческий процесс создания новых произведений? Все происходит как бы «само собой», легко и непринужденно, или все же у вас случаются творческие споры – и как вы поступаете в таких случаях?
Настя Яремчук: Да, мы действительно очень разные. Даже мы с Юлей – хотя и близнецы, но очень отличаемся друг от друга. Но мы вместе уже довольно немалое время – в таком составе как сейчас мы работаем уже более пяти лет – за это время мы, конечно же, уже очень многое поняли друг в друге и научились сотрудничеству. Хотя, конечно, это был довольно непростой и трудоемкий путь – как и всегда при создании прочных взаимоотношений. Но мы всегда исходили из принципа толерантного отношения друг к другу. Мы всегда внимательно выслушиваем мнение друг друга и стараемся прийти к общему консенсусу – понять, почему кто-то настаивает именно на своем варианте – как в музыке, так и в повседневной жизни. Иногда, когда совсем сложно решить какой-то вопрос, мы можем его даже вынести на общее голосование – нас семеро в группе – так что это срабатывает.
Юля Яремчук: Еще нюанс состоит в том, что лично мне, как правило, довольно сложно находить компромисс в вопросах именно музыкальных – того, как должно что-то звучать или как нужно что-то петь и так далее. При чем, нужно заметить, что ни для кого из нас в музыке мелочей нет и быть не может – мы можем потратить несколько часов репетиции только на то, чтобы решить – делать в определенном месте паузу или ее не делать. В повседневной жизни, в быту – для меня вообще не проблема пойти на компромисс – пожалуй, нет таких бытовых вопросов, в которых я бы стала настаивать именно и обязательно на своем. Но когда речь заходит о музыке, когда я что-то слышу и чувствую именно определенным образом, то мне бывает очень сложно пойти на уступки, если кто-то хочет это сделать иначе. Но – иногда это приходится делать, если, например, мы на репетиции исполняем несколько вариантов и большинство голосует за тот, который мне и не по душе – ну что ж – тогда воплощаем тот вариант, который был выбран большинством.
- А вот в том случае, если все-таки выбор группы останавливается на том варианте, который «не по душе» - то насколько потом все-таки соглашаешься именно с этим вариантом – становится ли он потом родным?
Юля Яремчук (смеется): Вот видно, что ты тоже творческий человек, понимаешь сложность ситуации – нам еще таких вопросов не задавали. Ну что ж – действительно, смириться бывает иногда довольно трудно – в некоторых случаях такое «изменение» напоминает о себе при каждом исполнении. А бывает и так, что со временем вслушиваешься в этот изначально «не свой» вариант и постепенно проходит своя личная упрямая настойчивость, мол: «вот, хочу именно по-своему и никак иначе». И тогда начинаешь уже слышать, что этот вариант действительно лучше, чем тот, на котором ты настаивал изначально – и уже слышишь этот момент только так. По-разному случается.
- Настя, Юля – вы – дочери известного джазмена – саксофониста и композитора Юрия Яремчука. Вы начинали играть вместе с ним в его ансамбле ЗYAR. Расскажите о том, как это – быть дочерьми музыканта, уже с рождения чувствовать себя уже причастным к музыкальному сообществу. Как это – работать вместе со своим отцом – он был более склонен к поблажкам в ваш адрес или наоборот – спрашивал с вас с повышенной строгостью?
Настя Яремчук: То, что наш отец – музыкант, повлияло на наш выбор в пользу музыки самым безусловным образом, чему мы обе несказанно рады. Сколько мы себя помним, отец всегда был полностью увлечен музыкой, в доме всегда было очень много гостей – музыкантов и художников – действительно всегда царил тот дух, который принято называть «творческой атмосферой». Мы жили в этом – и нам всегда это представлялось чем-то абсолютно естественным.
В детстве мы стали заниматься (кроме общеобразовательной школы) еще музыкой и гимнастикой. В какой-то момент из-за катастрофической нехватки времени вопрос для нас обеих стал ребром – музыка или гимнастика – мы с Юлей безусловно выбрали музыку. Юля тогда уже занималась фортепьяно, а я ходила на занятия по скрипке. И все как-то у меня не просто со скрипкой складывались отношения – все мне было в тягость – и занятия, и домашние задания. А потом пришло решение (у отца) о том, чтобы я попробовала сменить музыкальный инструмент. И именно в тот момент, когда я сидела в кабинете в музыкальной школе, и как раз решался вопрос о том, на чем же мне все-таки продолжать учиться играть, из соседнего кабинета послышались волшебные звуки – и преподаватель спросил меня: «Ты знаешь, что это за инструмент?». «Да, флейта» – ответила я. «А хочешь на ней учиться играть?» – был следующий вопрос – и я тут же поняла, что очень хочу – и с тех пор все пошло очень легко и в радость – все занятия и репетиции. Так что всегда нужно искать и выбирать именно свое.
Но отец никогда нас не подталкивал к тому, чтобы мы занимались музыкой – это был наш собственный выбор. Мы просто были настолько воодушевлены своим отцом и тем, что он умел создавать – целые музыкальные миры – мы однозначно выбрали именно музыку как свою жизнь.
Юля Яремчук: Да, благодаря нашему отцу атмосфера у нас в доме было очень творческой – у меня всегда наш дом ассоциировался с такой маленькой консерваторией – в одной комнате папа импровизирует на саксофоне, в другой – Настя играет на флейте, а в третьей – я занимаюсь на фортепьяно. И отец нам очень помог в музыке – именно он научил нас импровизации в музыке – потому что в консерватории – все люди играют только по нотам. По нотам, безусловно, тоже нужно уметь играть – это тоже требует немалого умения, но наивысшее мастерство в музыке состоит, безусловно, в умении легкой и изысканной импровизации, которому, к сожалению, в консерватории вообще не уделяется внимание. Этому нас научил наш отец. Если говорить про уже совместную работу в группе с отцом – то это всегда было очень легко – отец никогда не проявлял к нам строгости. Но он всегда мог сыграть так, сотворить что-то такое, что хотелось обязательно научиться так же – так же красиво, виртуозно и легко, как у него. Отец всегда умел нас вдохновить собственным примером – он просто замечательнейший музыкант, всегда имеющий, чем удивить и воодушевить.
- Ваш коллектив преимущественно львовский по происхождению. Уместно ли говорить о том, насколько Львов повлиял на характер вашей музыки? Как много Львова в вашей музыке и в чем это проявляется?
Настя Яремчук: Я думаю, что для меня то, что можно назвать именно «львовской составляющей» моей музыки – это именно классическая академичность. Это умение слушать музыку в ее утонченной виртуозности. Умение слышать все музыкальные нюансы, отличать оттенки. И умение их создавать в своей музыке. Для меня эта составляющая является именно львовской – это то, что было привито музыкальной школой, за что я ей очень благодарна.
Юля Яремчук: Вообще-то, пожалуй, невозможно отделить ту музыку, которую ты создаешь, от атмосферы того города, в котором ты родился и вырос. Так, Львов – это город с весьма и весьма размеренным укладом жизни, очень отличным от стремительного столичного ритма Киева. Во Львове у людей есть много времени на то, чтобы встретиться и поговорить друг с другом – для этого не нужны такие поводы как Новый год и ли чей-то день рождения. Люди часто встречаются просто так – чтобы посидеть в одной из многочисленных львовских «Цукерень». Львов – это город, в котором люди празднуют праздник Рождества по три - четыре дня подряд, проводя это время за неотъемлемыми праздничными походами друг к другу в гости с пожеланиями добра и счастья в наступившем Новом году – и просто немыслимо не прийти в гости хоть к кому-то из друзей. В Киеве у людей на это уже совершенно не хватает времени. Кроме того, Львов – город довольно небольшой – поэтому практически все друг друга знают – и каждое культурное событие всегда на виду. Безусловно, все наше мировосприятие, сформированное этой львовской атмосферой, находит свое выражение в нашем творчестве.
- Лично меня – и не только меня (я это точно знаю) - ваши этнические произведения трогают до глубины души. Скажите, что, на ваш взгляд, создает то ощущение эмоционального подъема, которое рождается благодаря вашему творчеству?
Андрей Шадий: Это, пожалуй, самый сложный вопрос… На самом деле - это тайна, которую мы и сами не знаем до конца. Но мы можем предполагать (и надеяться), что, если наша музыка трогает слушателей и действительно добирается до каких-то сокровенных уголков души, если людям хочется искренне смеяться или плакать под нее – то, возможно, это значит, что нам действительно удалось искренне и чисто передать что-то большее, чем то, что стоит у нас перед глазами. Отобразить пульс того запредельного, что пронизывает нашу жизнь, что придает нашей жизни истинный смысл, без которого человек лишается радости жизни, погрязает в мелочных сиюминутных проблемах и забывает о своем истинном предназначении – ЛЮБИТЬ – просто испытывать ЛЮБОВЬ – и делится ею. Любовь не только к кому-то определенному – а действительно - ко всем. А когда ты любишь – ты хочешь делиться – ты хочешь прийти к тем, кого ты любишь и дать им самое лучшее, что у тебя есть – отдать просто так – просто потому, что ты любишь этих людей. Просто подарить, НИЧЕГО НЕ ОЖИДАЯ ВЗАМЕН. И это – самое главное.
Это то, что дает радость – умение безвозмездно дарить, получая радость просто от того, что ты подарил, а не от того, что ты рассчитываешь на ответную благодарность. И когда мы выходим на сцену, то главная цель, которую мы ставим перед собой – это желание именно поделиться той радостью, которая есть у нас, которую мы испытали, создавая нашу музыку. И только это, на самом деле, может наполнить человека истинным счастьем. Это именно эти эмоции и чувства, которые мы вкладываем в нашу музыку – и если есть те люди, которых наши произведения впечатляют – значит, нам удалось достичь поставленной цели – и именно это для нас в нашей музыке самое главное.
Тимур Гогититдзе: Безусловно, что бесконечно важна искренность. То, чем человек хочет поделится - это должно быть действительно частью него, настоящей и глубоко пережитой – и только тогда это чувство сможет действительно тронуть людей. Потому что любая наигранность или душевная фальшь – она всегда очень слышна и никогда не сможет вызвать искреннего восхищения.
- И – напоследок – что бы вы хотели пожелать вашим поклонникам - нашим читателям – и вообще всем – всем - всем? Ваше напутствие, совет, пожелание, которое вы можете дать, исходя из вашего опыта?
Настя Яремчук (смеется): Андрей, это к тебе…
Андрей Шадий (тоже смеется): Ну - с высоты нашего опыта мы, конечно же, можем пожелать… (общий смех)… А вообще-то, если серьезно, то, в первую очередь, хочется всем пожелать не зацикливаться на тех вещах, которые не приносят счастья. И всегда уметь смотреть в корень. Ведь люди очень часто, стремясь к определенным вещам, даже не успевают и не дают себе труда всерьез задуматься о том, насколько эти вещи им действительно нужны – а точнее – возможно даже – НЕ нужны. Посмотрите вокруг, найдите тех людей, которые уже имеют то, к чему вы стремитесь, и пристально посмотрите на них – счастливы ли они… Вы можете очень удивиться, осознав, что те вещи, которых вы так добиваетесь, на самом деле не смогут оправдать ваших сокровенных надежд. Вы можете увидеть, что вы находитесь в погоне за каким-то эфемерным счастьем, навязанным вам кем-то другим. Поэтому – следуйте за своим счастьем и будьте счастливы.
Наш разговор, наверное, мог бы продолжаться бесконечно – о музыкальных вкусах, о детских воспоминаниях и тех откровениях, которые каждый из нас пережил в жизни, но у ребят уже должна начинаться репетиция, а я уже спешу на занятие – и мы прощаемся. Прощаемся, уже на ходу обсуждая какие-то очень и очень важные вопросы, которые не успели затронуть за предыдущие часы общения – я уже в дверях, а разговор все никак не может прекратиться. Но – все же пора – я желаю ребятам удачного выступления в Лондоне и расстаюсь с ними, утешая себя мыслью о том, что эта встреча, конечно же, не последняя...
Таиса Джа Сурья |
